Образ жизни

Курорт-призрак: что такое призрачный туризм и почему путешественников тянет в заброшенные места

Курорт-призрак: что такое призрачный туризм и почему путешественников тянет в заброшенные места

Пригороды, где никто не живет, районы, из которых уехали постояльцы, поместья, якобы населенные призраками, – так выглядит маршрут нового туризма. Рассказываем, какие два вида туризма стали альтернативой классическим курортам и почему чем заброшеннее, тем лучше.

Молодая пара въезжает в пригород Лондона. Около 200 идентичных, но очень симпатичных домиков, милая, всегда подстриженная лужайка, несколько магазинов, на случай если вы что-то забыли в городском супермаркете. К тому же до Лондона 25 минут езды. По ночам у пустырей за домом слышен вой лисиц, но цены здесь явно ниже, чем в мегаполисе. Одно но – пара никак не может повстречать хотя бы одного соседа.

Курорт-призрак: что такое призрачный туризм и почему путешественников тянет в заброшенные места

Так начинаются сразу два фильма режиссера Лоркана Финнегана: «Лисицы» и «Виварий». То, что ирландец Финнеган снял два фильма о заброшенном пригороде, показательно. В 1990–2000-х, когда в Ирландии произошел феномен под названием «Кельтский тигр» (экономическое чудо, невероятно стремительный рост экономики), строители предвидели массовое увеличение доходов населения и тренд на покупку загородных домов и в промышленных масштабах стали застраивать пустоши и подлески вдали от крупных городов. Некоторые пригороды в самом деле пользовались популярностью, но кое в чем строители ошиблись – спрос на загородное жилье не был таким уж большим.

Из-за того, что некоторые застройки по тем или иным причинам не пользовались спросом, они так и остались не заселены. Еще более пугающе то, что один-два дома из сотен все же купили – и там в полном одиночестве живет одна семья или вышедший на пенсию профессор. Так в Ирландии появилось понятие так называемой призрачной недвижимости – пригородов-фантомов, где никто (или почти никто) не живет. На удивление такие пригороды и вообще заброшенные территории пользуются редкой, но постоянной популярностью – их ценят любители неочевидных видов туризма: призрачного и индустриального.

В 30 километрах от Нью-Йорка, на берегу Гудзона, находится город Ньяк. Почти у самой реки стоит трехэтажный викторианский особняк на 400 квадратных метров. Этот дом называют Ловетта-плейс. В нем шесть спален и шесть ванных комнат, библиотека, кухня и несколько гостиных. Отчасти Ловетта-плейс известен, потому что там жили сценарист Адам Брукс, затем поп-певица Ингрид Майклсон, затем – регги-исполнитель Матисьяху. Но в большей степени дом известен потому, что в нем обитают привидения. Есть любопытное юридическое свидетельство о том, что особняк населяют сразу 255 полтергейстов (что? да!). Если очень кратко, юристы пишут, законно ли продавать поместья, населенные призраками. Собственно, призрачный туризм как раз о посещении мест вроде Ловетты-плейс. Истории о домах с привидениями особенно популярны в Новой Англии (вспомните, что почти все рассказы Говарда Лавкрафта, одного из самых известных писателей ужасов, происходят именно здесь) и на юге США (так родился целый литературный жанр – южная готика). Истории о призраках так популярны, что в некоторых штатах, например в Вайоминге, Западной Вирджинии, Северной Дакота, Алабаме и Арканзасе, риелторы имеют полное юридическое право не раскрывать информацию о загадочных или преступных происшествиях в сдаваемом доме – потому, что это плодит слухи. Которые, в свою очередь, привлекают призрачных туристов.

Курорт-призрак: что такое призрачный туризм и почему путешественников тянет в заброшенные места

Последователей призрачного туризма привлекают не только дома или города с подчеркнуто сверхъестественной историей. Туристам интересны локации вроде упомянутой призрачной недвижимости: полузаброшенные районы городов, которые не пережили капиталистических реформ и из которых массово уезжают жители. Важно не столько наличие или отсутствие сверхъестественности, сколько сам момент призрачности. В случае с ирландскими пригородами и, например, с отдельными районами в Детройте и других городах Пояса ржавчины (так называют индустриальные города, чья промышленность больше не приносит дохода и ведет к переселению жителей в более экономически развитые мегаполисы) призрачность составляет экономический фактор. Если подумать, у призраков и заброшенных мест много общего – не зря же они так плотно связаны друг с другом в культуре. И призрак, и заброшенное помещение как бы принадлежат прошлому, но все же репрезентируют себя в настоящем, оба как бы мертвы, но и живы. Другими словами, они промежуточны, то есть как бы застряли на пороге между двумя разными состояниями. Именно это и привлекает любителей странного туризма.

Вы наверняка видели фотографии заброшенных авиабаз, баз подлодок или пришедшие в негодность космодромы. Их фотографируют индустриальные туристы – путешественники, составляющие маршрут, исходя из того, как много в том или ином городе заброшенных помещений, связанных с индустрией и промышленностью. Как правило, индустриальные туристы вдохновляются советской эстетикой, теперь пребывающей в запустении, отчего она также напоминает призрака. Русские индустриальные туристы, например известная фотограф Лана Сатор, в своих постах рассказывают о том, что такой вид туризма совмещен с риском. Заброшенные объекты находятся далеко за пределами города, добраться до них проблематично, как и ориентироваться в их сложной инфраструктуре.

В любом случае альтернативный туризм – авантюрное предприятие. И если поездка в заброшенные локации кажется рискованной, всегда можно изучить их издалека – благодаря литературе. Есть целый корпус травелогов о посещении покинутых мест (особенно популярный в Британии): «Земля призраков» Эдварда Парнелла или книги Роберта Макфарлейна, из которых можно узнать, каково это – бродить в одиночку по местам, где обитают (мысленные) привидения.

Читайте также:
Поделиться: